Н. А. Тэффи

Clamart (Seine)
101, Rue Condorcet
19-го ноября 1932 г.

Дорогая Надежда Александровна,
Весь вечер беседовала о Вас с дамой – имени которой я не знаю, она знает всех и двоюродная сестра Цейтлиных1 (маленькая, черная, оживленная, худая, немолодая) – о Вас: о Вашем творчестве, нраве, подходе к событиям и к людям, а утром, очень рано, – как и должна приходить Радость – Ваше письмо которое читала еще спящими глазами.
А теперь о моем свинстве, даже – кабанстве: кабанстве очевидном, но не сущем, ибо провалилась я – Вы мне поверите – только потому что потеряла Ваш адрес, а с ним и чувство Вашей достоверности: только помнила мост и мимо моста – дом налево2.

…И по ночам задумчиво искать
Ту улицу – которой нет на плане…3

Потеря чувства достоверности одно из моих сильнейших (и страшнейших для меня) свойств. Вещь с какой-то минуты становится для меня недосягаемой, я перестаю верить, что она – есть, что она – есть – здесь (м. б. от слишком сильной веры в там, где все есть – все будет! и все будем!). И, зачарованная, теряю: человека, настоящее, будущее.
Конечно, могла бы написать на Возрождение4, но писать туда, где человек не живет как-то – психологически – безнадежно, почти так в Сов<етскую> Россию: чувство, что ты сам то письмо, что не найдешь: не дойдешь.
Так и осталось, т. е. я – свиньей перед Вами, с бесплодными – ибо до Вас не доходящими – вовсе не кабаньими, а обратными чувствами и мыслями к Вам и о Вас.
И как чудно, что сейчас окликнули, т. е. сняли с меня эту гору невозможности и кабанью кожу неблагодарности5. Как великодушно, что простили, а м. б. даже не заметили. (Мой девиз, в случаях (?) человеческой низости: Ne daigne! Это иногда принимают за доброту.)
Хотите – встретимся? Давайте – встретимся! Позовите меня к себе, а после беседы – м. б. и Вы ко мне соберетесь. (После января у меня будет отдельная комната, вот уже год живу в кухне, в которой непрерывно стирают, моются и обедают четыре человека, а иногда и гости. Сюда – не зову.)6
…У Вас – иной круг (у меня – НИКАКОГО), но важно ведь не: круг, а: друг. Никогда не вывожу человека из его окружения (наоборот: всегда вывожу: как за руку!) но окружение его – какое бы ни было – всегда сужу – за то одиночество, в котором в нужную минуту: в безнадежную минуту! – оставляет того, вокруг которого. (Все растущий круг пустоты.)7
Обнимаю Вас и жду весточки. Я свободна только вечером от 9 ч. – Вам не слишком поздно? (Вторник, четверг и субботу могу уже к 8 ч.) И напишите, пожалуйста, свой точный адр<ес> (метро и этаж дома).
МЦ.
Хотите, захвачу почитать из дневников? Никому не известных8.


Тэффи (урожденная Лохвицкая, по мужу – Бучинская) Надежда Александровна (1872–1952) – русская писательница, автор юмористических рассказов и фельетонов. С 1920 г. в эмиграции.
Впервые – Новый мир. 1969. № 4. С. 205, опубликовано А. С. Эфрон по черновику в рукописной тетради. Оригинальный текст воспроизведен впервые Дж. Малмстадом – ЛО. 1990. № 7. С. 103. Печатается по тексту последней публикации.
1 …двоюродная сестра Цейтлиных (правильно: Цетлиных) – А. О. Фондаминская. См. комментарий 4 к письму 19 к В. Н. Буниной.
2 Тэффи жила по адресу: 22/24, Avenue de Versailles, рядом с двумя мостами: pont Mirabeau и pont de Grenelle.
3 Неточная цитата из стихотворения А. Ахматовой «Из памяти твоей я выну этот день…» (1915). У Ахматовой: «И в городах задумчивых искать…» и т. д.
4 Тэффи была постоянным сотрудником парижской газеты «Возрождение».
5 В черновом варианте у Цветаевой была фраза: «Вы так помогли мне с вечером, а я вдруг исчезла» (Новый мир. 1969. № 4. С. 205). Возможно, речь шла о вечере 13 октября 1932 г., на котором Цветаева читала свои воспоминания о Волошине.
6 В январе 1933 г. Цветаева переехала на другую квартиру (Clamart, 10, rue Lazare Carnot, «очень спокойную и просторную, в довоенном доме, на 4 этаже. У меня своя комната, где даже можно ходить» (см. письмо 67 к А. А. Тесковой в т. 6).
7 В черновом варианте письма Цветаева продолжала:
«Я еще в России думала: 150 миллионов – я (т. е. один!) не в счет. Но если я (одна!) не в счет, и мой сосед (один!) не в счет, и этот встречный на улице дворник с метлой не в счет, и этот станционный телеграфист не в счет, – ведь никаких 150 миллионов не будет! 150 миллионов держатся то ли нами, то ли мной, каждым мной!»
8 Возможно, речь идет о записях Цветаевой, оставшихся за пределами опубликованной в 1924–1927 гг. в различных периодических изданиях ее дневниковой прозы. (См. т. 4.)

Марина Цветаева

Хронологический порядок:
1905 1906 1908 1909 1910 1911 1912 1913 1914 1915 1916 1917 1918 1919 1920 1921 1922 1923 1924 1925
1926 1927 1928 1929 1930 1931 1932 1933 1934 1935 1936 1937 1938 1939 1940 1941