Сереже

Марина Цветаева. Вечерний альбом. Стихи.
Детство. — Любовь. — Только тени. МОСКВА, — 1910.

ДЕТСТВО.


V.

СЕРЕЖЕ.

Ты не мог смирить тоску свою,
Победив наш смех, что ранит, жаля.
Догорев, как свечи у рояля,
Всех светлей проснулся ты в раю.

И сказал Христос, отец любви:
«По тебе внизу тоскует мама,
В ней душа грустней пустого храма,
Грустен мир. К себе ее зови».

С той поры, когда желтеет лес,
Вверх она, сквозь листьев позолоту,
Все глядит, как будто ищет что-то
В синеве темнеющих небес.

14


И когда осенние цветы
Льнут к земле, как детский взгляд без смеха,
С ярких губ срывается, как эхо,
Тихий стон: «Мой мальчик, это ты!»

О, зови, зови сильней ее!
О земле, где всe — одна тревога
И о том, как дивно быть у Бога,
Все скажи, — ведь дети знают все!

Понял ты, что жизнь иль смех иль бред,
Ты ушел, сомнений не тревожа…
Ты ушел… Ты мудрый был, Сережа!
В мире грусть. У Бога грусти нет!

15


Цветаева М. И. Стихотворения и поэмы: В 5 т. Т. 1. N.–Y., 1980. C. 6–7. (12+12 строк)
Цветаева М. И. Собрание сочинений: В 7 т. Т. 1. М., 1994. C. 19–20. (10+14 строк.)

КОММЕНТАРИЙ

1

Марина Цветаева в критике современников. В 2-х ч. Ч. I. 1910-1941 годы. Родство и чуждость / Сост. Л. А. Мнухина; коммент. Л. А. Мнухина, Е. В. Толкачевой. М., 2003.

З.Бухарова-Казина. Рец.: Марина Цветаева. Из двух книг. М.: Кн<игоиздательст>во «Оле-Лукойе», 1913

Есть стихи прелестные, как, напр., «Сереже», с тихим образом тоскующей матери и примиряющим освещением смерти, «Принц и Лебеди», «Прости» и др.

Стр. 55

2

Цветаева М. И. Стихотворения и поэмы: В 5 т. [1980–1990]. Т. 1. Стихотворения 1908—1916 / Сост. и подгот. текста А. Сумеркина. Предисл. И. Бродского. Коммент. А. Сумеркина и В. Швейцер. N.–Y., 1980–1990.

Сереже. Вероятно, посвящено рано умершему сыну Лидии Александровны Тамбурер, старшей подруги Цветаевых (АЦВ, 276–278). Ей посвящено несколько стихотворений в первых двух сборниках.

А. Сумеркин, стр. 280.

АЦВ — Анастасия Цветаева. Воспоминания. Изд. второе, дополненное. М., «Советский писатель», 1974.

3

Цветаева М. И. Книги стихов / Сост., комм., статья Т. А. Горьковой. М., 2004.

С. 11. Сереже. Стихотворение обращено к рано умершему первому сыну Л. А. Тамбурер, «…Он стал нашим, как и ее кумиром. Вошел тенью в элизиум наших теней», – вспоминала А. Цветаева (С. 274).

Т. А. Горькова, стр. 719

Цветаева А. И. Воспоминания. Изд. 5-е. М., 2002.

4

Библиография: Марина Цветаева. =Bibliographie des œuvres de Marina Tsvétaeva / Сост. Т. Гладкова, Л. Мнухин; вступ. В. Лосской. М.; Paris, 1993.

Сереже (Ты не мог смирить тоску свою…) 1, 6 ; 3, 6 ; 30, I, 6 ; 55, I, 6

Стр. 674

1 — ВЕЧЕРНИЙ АЛЬБОМ. Стихи. Детство – Любовь – Только тени. – Москва, Тов. тип. А. И. Мамонтова, 1910, 225 р.
Id. — Paris, LEV, 1980, 238 p.
       Id. — Москва, Книга, 1988, 232 р. (Réimpr.)

Стр. 21

3 — ИЗ ДВУХ КНИГ. – Москва, книгоизд. Оле-Лукойе, 1913, 62 р.

Стр. 25

30 — СТИХОТВОРЕНИЯ И ПОЭМЫ: В 5-ти томах. — New York, Russian Publishers Inc., 1980-1983, t. 1-4 [Vol. 5 en preparation.].

Стр. 87

55 — СОБРАНИЕ СТИХОТВОРЕНИЙ, ПОЭМ И ДРАМАТИЧЕСКИХ ПРОИЗВЕДЕНИЙ В 3-х ТОМАХ. Вступительная статья А. А.           Саакянц. Составление и подготовка текста А. А. Саакянц и Л. А. Мнухина. Том I. Стихотворения и поэмы 1910-1920. — Москва,           Прометей, 1990, 655 р.

Стр. 250

5

«СЕРЕЖЕ» – одно из пятнадцати стихотворений «Вечернего альбома», отобранных позднее для сборника «Из двух книг» (1913), то есть, предпочтенное автором шести другим своим текстам. Но замечено оно было лишь при переиздании и получило трактовку самую непритязательную – «прелестного» стихотворения (комм. 1).
Приведем более полную цитату из воспоминаний А. Цветаевой (комм. 3): «И был еще один в этой семье, кого уже не было, но который жил в ней нерушимо, первый сын Лидии Александровны, умерший трех лет Сережа. Он смотрел на нас со страниц семейного альбома, с большой, выцветшей немного – или коричневатого тона – кабинетной фотографии, круглолицый, большеглазый, с выражением обаятельной насмешливости. От этого взгляда, детского, навсегда прерванного, ушедшего в темноту “того света”, у Марины и меня сразу заныло сердце, и, прослушав рассказ матери, его без ума любившей (в мать был сын!), слушали мы <…>, как он умер, всего несколько часов проболев. Мы никогда не спрашивали о нем, но он стал нашим, как и ее, кумиром». См.: Цветаева А. И. Воспоминания. Изд. 5-е. М., 2002. С. 265–266.
Это стихотворение непосредственно примыкает к предшествующему – «Жертвам школьных сумерок». Здесь ранняя смерть также описана двояко: оплакивается гибель на земле и страдания матери, но славится жизнь в раю, у Бога (Христа). Смерть описывается как добровольный жребий мудрого ребенка, зовущего за собой и мать. Текст построен сюжетно: автор рассказывает Сереже о том, что с ним произошло. Риторическая условность обращения оправдана призывом в пятой строфе (О, зови, зови сильней ее!), а избыточность сообщения (зачем Сереже рассказывать то, о чем он и сам знает?) может быть мотивирована стремлением не поделиться информацией, а подтвердить ее «получение». Но разговор Сережи с Христом автору не мог быть известен. Очевидно, что это утешительный вымысел, рассчитанный на земного читателя и прежде всего – на мать. Текст заканчивается афористической концовкой, заключающей в себе основную мысль текста: В мире грусть. У Бога грусти нет!
Стихотворение содержит много декоративных элементов, вычурных сравнений и определений: Догорев, как свечи у рояля…; Христос, отец любви; душа грустней пустого храма…; листьев позолота; цветы Льнут к земле, как детский взгляд без смеха; С ярких губ срывается, как эхо, Тихий стон; жизнь иль смех иль бред. Изыскана и кольцевая рифмовка катренов (размер – 5-стопный хорей мжжм). Основное противопоставление (мрак и грусть земного существования vs. свет, «дивность» существования райского) осложнено байроническими суждениями «мудрого» младенца: Понял ты, что жизнь иль смех иль бред… Мудры и его поступки: Ты ушел, сомнений не тревожа…  Вероятно, имеются в виду, что мудрый ребенок скрыл добровольность своего ухода. Он ушел, потому что не мог смирить тоску свою, – видимо, тоску по небу. Тем самым он смутил бессмысленное веселье оставшихся, Победив наш смех, что ранит, жаля, заставил задуматься о грусти земного существования (ср. «Как часто пестрою толпою окружен…» М. Ю. Лермонтова). Отсюда призыв поскорее это существование закончить: О, зови, зови сильней ее! Предпоследняя строфа исполнена энергии и выразительности. В частности, благодаря анафоре: О, зовиО земле.
В целом не удивительно, что стихотворение привлекло мало внимания: трагическая тема смерти раскрыта риторично и искусственно, текст многословен, эмоционально беден (исключение – пятая строфа) и грешит фальшивой «красотой» сравнений. Цветаева, видимо, считала иначе, поскольку цель ее была – утешить Лидию Александровну, а для этой цели все средства были хороши. Тактические недостатки искупались верностью основной стратегии утешения и афористичностью концовки. Кроме того, ее волновала тема смерти сама по себе, и стихотворение было одним из подходов к этой теме. Видимо, в концептуальном плане (в плане «урока») Цветаева считала попытку удавшейся.

Орфографические допущения. Не воспроизводятся буквы, отсутствующие в современном алфавите (ѣ, ѳ, i, ъ в соответствующих позициях).

Р. Войтехович

Марина Цветаева

Алфавитный порядок:
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
1918

Хронологический порядок:
1906 1907* 1908 1909 1910 1911 1912 1913 1914 1915 1916 1917 1918 1919 1920 1921 1922 1923
1924 1925 1926 1927* 1928 1929* 1930 1931 1932 1933 1934 1935 1936 1937 1938 1939 1940 1941
Без даты

ссылки: