Страницы
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11

С. Н. Андрониковой-Гальперн 9

81

Meudon (S. et О.)
2, Av<enue> Jeanne d’Arc
11-го июня 1931 г.

Дорогая Саломея,
Вы наверное уже приехали. Открытки – чудные, каждая – драгоценность, – не знаю почему: единственный вид живописи мне глубоко-безликий. Аля в очаровании и благодарит вместе со мной.
Да! Хотите, когда приеду, захвачу ту прозу (Мандельштам-Иванов) и почитаю? А то – долго не будет напечатана.
До встречи, надеюсь скорой.
МЦ.

82

Дорогая Саломея! Спасибо за весточку и за приятную весть (билеты). Читать Мандельштама лучше вечером и без Мура. Если позовете на чтение Путермана – думаю – доставите ему удовольствие – ввиду сюжета. Muselli1 наконец написала – целый опросный лист – но ответа нет, может быть давно уже у себя на родине (родинах: двух, – в Нормандии и Корсике, или так: на одной родине и в одном отечестве).
Есть всякие новости, одна из них – предстоящий визит к Бассиано2 (Commerce) и связанная с ним большая просьба: у меня два платья: одно черное, до колен – моего первого вечера (1926 г.) другое красное, до земли – моего последнего вечера (1931 г.) ни одно не возможно. Может быть у Вас есть какое-нибудь Вам не нужное, милая Саломея, Вы ведь выше меня, так что Ваши по-коленные мне под-коленные. – Какое ни на есть у меня, кроме этих двух, только фуфайки или из toile basque (зебра или забор!).
Новости расскажу устно, жду оклика, обнимаю Вас, прошу прощения (попрошайничество) и благодарю (билеты).
МЦ.
Медон, 21-го июня 1931 г.

83
Медон, 20-го июля 1931 г.
Дорогая Саломея,
Только что отказ от Commerce, куда я через знакомую Д<митрия> П<етровича> пыталась устроить своего франц<узского> (и злосчастного!) Молодца. (Кстати, г<оспо>жа Бассиано пишет с большими синтаксическими ошибками, очевидно итальянский муж слинял)1.
Ну что ж, по-ахматовски:

Одной надеждой меньше стало –
Одною песней больше будет!2

Пока что собираю С<ергея> Я<ковлевича> на море (Ill de Batz, Бретань) на две недели – в долг (который надеялась вернуть из Commerce. А вместо франц<узских> сотен – один итальянский синтаксис!)
Остаюсь без ничего и очень прошу Вас, милая Саломея, если можно прислать июльское иждивение.
Кстати 22-го новый месяц – и новые надежды!
Пишу хорошие стихи.
Обнимаю Вас
МЦ.

Мур: – «Мама, какая у Вас голова круглая! Как раз для футбола! Вот я ее отвинчу и буду в нее играть ногами».

– Мама, если бы я был Бог, я бы всегда делал хорошую погоду. Значит, я умнее, чем теперешний Бог.

84

Дорогая Саломея,
Сердечное спасибо.
О провале Молодца я Вам писала? Вот он «gout pas trop sur de la (u des!) Princesse ( – cesses!)» – то, о чем меня предупреждала приятельница Д<митрия> П<етровича> – прелестная старо-молодая англо-француженка, сдающая русское «bachot» .
С<ергей> Я<ковлевич> слава Богу уехал, сейчас в Ardech’e около Баланса1 в деревне, ловит раков. Пробудем сколько денег хватит, часть пребывания нам подарили.
Что с Вашим летом?
Обнимаю
МЦ.

Медон, 29-го июля 1931 г.

85

Дорогая Саломея!
Где Вы и что Вы? Можно Вас попросить об иждивении?
В жизни Д<митрия> П<етровича> есть новость, которую Вы наверное уже знаете – давно готовилась: семейного порядка1.
Пасу Мура по холодным пастбищам Медона и когда могу пишу.
Целую Вас, напишите о себе.
МЦ.
Meudon (S. el О.)
2, Аг<епие> Jeanne d’Arc
21-го авг<уста> 1931 г.

86

Медон. 7-го сен<тября> 1931 г.
Дорогая Саломея!
Сердечное (и как всегда – запоздалое) спасибо1.
А Вы знаете что написано на могиле Рильке?

Rose! о reinster Widerspruch! Lust
Niemandes Schlaf zu sein unter so viel Lidern!
Rose! о pure contradiction! Joie }
Volupte
De n’etre le sommeil de personne sous tant de paupieres!2

Правда похоже на персидское: и роза, и краткость, и смысл.
Пишу хорошие стихи, свидимся почитаю.
Из интересных встреч – приезжий художник из России, мой тамошний четырехвстречный друг (он считал, я – нет), кстати товарищ по школе живописи Маяковского и Пастернака, много рассказывал3.
Мои внешние дела ужасны: 1-го терм – 1200 фр<анков>, и у меня ничего, ибо с Молодцем (франц<узским>) в Commerc’е сорвалось, а очередной № Воли России с моей прозой о Мандельштаме (3 листа – 750 фр<анков> просто не выходит, и возможно что не выйдет вовсе4. С<ергей> Я<ковлевич> тщетно ищет места. – Не в Россию же мне ехать?! где меня раз (на радостях!) и – два! – упекут. Я там не уцелею, ибо негодование – моя страсть (а есть на что!)
Саломея милая, у Вас нет последнего № N<ouvelle> R<evue> F<rancaise> с исповедью Мирского?1 Если да – пришлите, мне он необходим хотя бы на час.
Вера6 разошлась с П<етром> П<етровичем> и сейчас где-то на Юге, у сестры Д<митрия> П<етровича>, куда уехал и он. У меня по поводу всего этого – свои мысли, невеселые.
Аля в Бретани, лето у меня каторжноватое, весь день либо черная работа, либо гулянье с Муром по дождю под непрерывный аккомпанемент его рассуждений об автомобиле (-билях) – марках, скоростях и пр. Обскакал свой шестилетний возраст (в ненавистном мне направлении) на 10 лет, надеюсь, что к 16-ти – пройдет (выговорится! ибо не молчит ни секунды – и все об одном!)
Целую Вас, иждивение получила, спасибо за все.
М.

87

Meudon (S. et O.)
2, Av<enue> Jeanne d’Arc
10-го сентября 1931 г.

Дорогая Саломея,
Наши письма – как часто – разминулись (встретились).
А сейчас пишу Вам вот по какому делу: приехал из Берлина – работать в Париже – известный в России художник Синезубов1 (ряд картин в Третьяковке и в петербургском Музее бывш<ем> Алекс<андра> III), преподаватель Вхутемаса (московск<ое> Училище Жив<описи> и Ваяния) – вообще guelgu’un . Я его хорошо знаю с России.
И вот, французы приписали ему в паспорте «sans possibility de renouvellement» визу, к<отор>ая истекает 20-го Октября. Он в отчаянии, ему сейчас 38 лет – и с 18-ти рвался в Париж. Я его хорошо знаю, он никакой не большевик, просто художник, и – страстный художник.
Из разговоров выяснилось, что ему принадлежит последний портрет Татьяны Федоровны Скрябиной2, сестры Шлецера3, портрет которой он тогда же в Москве (1921 г.) подарил Марии Александровне Шлецер, матери Татьяны и Бориса Федоровичей, она должна это помнить, но Б<орис> Ф<едорович> может этого не знать. (Т<атьяну> Ф<едоровну> писал уже умершей.) Не помог ли бы ему Б<орис> Ф<едорович> с визой? И – может ли? Если ли у него связи с французами? Наверное же?
Его мать тогда предлагала Синезубову за портрет деньги и любую вещь на выбор, – он конечно ничего не взял.
Он – абсолютно-благороден, я за него ручаюсь во всех отношениях. Ему необходимо помочь.
Так вот: не сообщите ли Вы мне адрес Б<ориса> Ф<едоровича> и не поддержите ли моей просьбы? Вас он ценит и любит, а Вы мне верите.

Столько бед вокруг, милая Саломея, что забываешь о своих.
Целую Вас.
МЦ.

88

Meudon (S. et О.)
2, Avenue Jeanne d’Arc
16-го сентября 1931 г.

Дорогая Саломея,
Прежде всего – в ответ на Ваше «и совсем не чувствую себя счастливой» –

На свете счастья нет, во есть покой и воля1

– воля, которую я, кстати, всегда понимала как волю волевую, а не как волю-свободу, как, нужно думать, понимал сам Пушкин – и которой тоже нет.
Во-вторых: милая Саломея, ну и зверски же Вы молоды и зверски же счастливы, чтобы этот порядок вещей: совсем не чувствовать себя счастливым – чувствовать непорядком вещей!
Очень Вас люблю и – что, если не гораздо больше, то (у меня) гораздо реже: Вы мне бесконечно-нравитесь. (Лестно – на шестом году знакомства?)
Но – в чем дело с не-совсем-счастьем или совсем-не-счастливостью?
От души хочу Вас видеть – и давно, но – дела у нас сейчас (и давно!) такие, что нет ни на что, живем заемами (займами?) в 5 и 10 фр<анков>, в городе я не бываю никогда, предоставляя прогонные С<ергею> Я<ковлевичу>, которому нужнее – ибо ищет работы и должен видеть людей.
Это не намек на иждивение, дорогая Саломея, наоборот: хочу просить Вас не давать мне его до 1-го, а 1-го выдать сразу за сентябрь и за будущий Октябрь, чтобы было основание к терму2 (1-го – 1200 фр<анков>) к<оторого> мы иначе никогда не выплатим.
Надеялась на Commerce (франц<узский> Молодец) и на Волю России (История одного посвящения) – Commerce не взял, а В<оля> России встала – и сдвинется ли? Дело в том, что печатай я то, что пишу – мы приблизительно могли бы жить. Но меня не печатают нигде – что же мне делать?!
Нынче утром послала на Ваш адр<ес> письмо Мочульскому3 с вот какой просьбой: он друг переводчика Шюзвиля4, а Шюзвиль участник некоего из<дательст>ва Bossard и кроме того знал меня 14-летней гимназисткой в Москве (я тогда писала французские стихи, а Шюзвиль – кажется – русские), словом Шюзвиль всячески ко мне расположен, но к сожалению «трусоват был Ваня (Jean Chuzeville!) бедный»5, боится «новых» стихов, – так вот мне нужно, чтобы Мочульский замолвил слово за моего Молодца, напирал не на его левизну, а народность (эпичность). Я сейчас обращаюсь за помощью ко всем, есть даже целый план моего спасения (NB! я как тот утопающий, который с берега смотрел как его же спасают – честное слово! полное раздвоение личности) – С<ергей> Я<ковлевич> Вам этот план сообщит, ему вообще очень хочется и нужно с Вами повидаться – сообщите когда.
А с Д<митрием> П<авловичем> угадали – кажется женится и (пока что) на Вере, во всяком случае С<увчин>ские разошлись и В<ера> у сестры Д<митрия> П<авловича> где-то на юге.
Пишу хорошие стихи.
До свидания, дорогая Саломея, жду ответа: согласны ли с иждивением и – когда можно будет С<ергею> Я<ковлевичу> Вас повидать.
В пятницу у меня будет Синезубов, передам ему все относительно Vogel’я6 и паспорта, огромное спасибо. Вы его спасаете.
Целую Вас.
МЦ.

89

Дорогая Саломея,
Завтра (1-го) у нас терм, но у нас отсрочка на еще несколько дней. Если можете прислать иждивение – ния (сентябрь и октябрь) до 5-го, буду Вам бесконечно-благодарна. Очередная консьержка ушла и получает сама хозяйка, а с ней лишний раз встречаться – омерзение.
Вернулась из Бретани Аля с множеством зарисовок, гораздо лучше тех, что Вы видели на стене. Заставляет лизать все свои вещи (вплоть До чемодана), чтобы (мне) почувствовать, какое море солевое.
Дела наши хуже нельзя.
Да! я тогда по-настоящему и не поблагодарила Вас за те сто фр<анков>, только с жадностью их забрала. – Спасибо огромное.
До свидания, целую Вас.
МЦ.

Meudon (S. et О.)
2, av<enue> Jeanne d’Arc
30-го сент<ября> 1931 г.

Нынче иду с Синезубовым в Вожелю.

90

Медон, 8-го Октября 1931 г., сегодня имянины С<ергея> Я<ковлевича>, а он в постели, в гриппе.

Дорогая Саломея,
Огромное спасибо за иждивение, – терм с Божьей и Вашей помощью с плеч сбыли.
Но тревожит чужая тревога, а именно дела Синезубова. Мы были с ним у Вожеля1, который нас очень хорошо принял, паспорт рассматривал с тщательностью пограничника, ничего не забыл, обо всем спросил и, главное, все записал. Расстались мы на том, что он известит Вас.
Но нынче уже 8-ое, а синезубовская виза кончается 20-го, бедный малый в безумной тревоге и тоске, а главное – и м. б. вина моя – что он еще не подавал никакого прошения о продлении визы. Моя просьба к Вам, милая Саломея, сводится к следующему: узнайте у Вожеля (он, естественно, мог забыть) есть ли надежда на продление визы – раз, и нужно ли, и кому, и как подавать прошение – два. Я в этих делах абсолютно-неопытна, а Синезубов уж подавно (подавлен).
И еще одна просьба, милая Саломея (NB! сказка про рыбака и рыбку, – но рыбак плохо просил) на этот раз для Али: не смогли бы Вы достать у Вожеля «Les Tricots» – Octobre 1931 – supplement au Jardin des Modes’ , – у него их наверное много, купить – 15 фр<анков> (чудный альбом и стоит) – а Але необходимо, так как она все время вяжет и часто на заказ, в следующий раз приеду в ее фуфайке.
До свидания, милая Саломея, а то, боюсь, еще что-нибудь попрошу
МЦ.
– Ту статью все еще пишу2 и обращаю ее к «воображаемому собеседнику» – Вам.


82

1 См. комментарий 3 к письму 73. См. письмо 21 к Р. Н. Ломоносовой и комментарий 5 к нему.

83

1 См. комментарий 2 к предыдущему письму.
2 Из стихотворения А. Ахматовой «Я улыбаться перестала…» (1915).

84

1 Город на реке Роне, к югу от Лиона.

85

1 В ответном письме от 2 сентября 1931 г. С. Н. Андроникова-Гальперн, только что вернувшаяся из Швейцарии, писала: «Что значит фраза о Мирском? Женился? На Вере <Сувчинской>?» (Мир Пастернака. М.: Сов. художник, 1989. С. 167). См. также письма 86 и 88.
86

1 В уже упомянутом письме, написанном на двух открытках (на одной – фотография церкви в местечке Рарон в Швейцарии, где похоронен Рильке, на другой – фотография его могилы), С. Н. Андроникова-Гальперн сообщала: «О Вас же думала в поездке, как видите: была на могиле Рильке и посылаю Вам снимок церкви, у кот<орой> он похоронен, могилу и цветы с могилы, кот<орые> сорвала для Вас». (Там же. С. 167.)
2 Перевод надписи на французский принадлежит, по-видимому, самой М. Цветаевой.
3 См. следующее письмо.
4 См. комментарий 1 к письму 80.
5 Речь, вероятно, идет о статье Д. П. Святополк-Мирского «Histoire d’une emancipation» («История одной эмансипации»), опубликованной в № 37 «Nouvelle Revue Francaise» (Париж. 1931. С. 384 – 397). В статье автор предлагал для более глубокого проникновения в суть произведения, будь то театр, кино или поэзия, использовать учение марксизма.
6 В. А. Сувчинская. См. также письмо 88.

87

1 Синезубов Николай Владимирович (1891 – 1948) – художник, график, заметная фигура в художественной жизни России конца 1910 – 1920-х годов. Входил в группу художников «Маковец» (1921 – 1926). (Подробнее см.: Берман Б. Николай Синезубов. – Творчество. 1981. № 11. С. 17 – 19).
2 О Т. Ф. Скрябиной см. стихотворение «Бессонница! Друг мой…» и комментарий к нему (т. 1).
3 См. комментарий 1 к письму 8.
88

1 Из стихотворения А. С. Пушкина «Пора, мой друг, пора! покоя сердце просит…» (1834).
2 Терм – ежеквартальная квартирная плата.
3 Мочульский Константин Васильевич (1892 – 1948) – литературовед, автор монографий о Блоке, Белом, Брюсове, Достоевском.
4 См. письмо к Ж. Шюзевилю и комментарии к нему.
5 Начальная строка стихотворения А. С. Пушкина «Вурдалак» («Песни западных славян», 1834).
6 Вожель. См. письмо 90 и комментарий 1 к нему.

90

1 Вожель (Vogel) Люсьен – редактор журнала «Vu» («Vu et Lu»), в котором сотрудничала С. Н. Андроникова-Гальперн, по всей вероятности, имел связи с посольством.
2 «Искусство при свете совести» (см. т. 5, а также письма 91 и 92).

Марина Цветаева

Хронологический порядок:
1905 1906 1908 1909 1910 1911 1912 1913 1914 1915 1916 1917 1918 1919 1920 1921 1922 1923 1924 1925
1926 1927 1928 1929 1930 1931 1932 1933 1934 1935 1936 1937 1938 1939 1940 1941